english russian
17.10.2019 | Четверг | 13:03 GMT+2
Все темы  
 
пн вт ср чт пт сб вс
1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31
 
 Андриевский Виталий
 Бурнос Тарас
 Власов Алексей
 Выдрин Дмитрий
 Горин Михаил
 Ивженко Татьяна
 Искандарян Александр
 Котанджян Гайк
 Кулик Виталий
 Маркедонов Сергей
 Месамед Владимир
 Панфилова Виктория
 Петросян Давид
 Погребинский Михаил
 Портников Виталий
 Расов Сергей
 Родин Иван
 Савицкий Александр
 Самарина Александра
 Светлова Ксения
 Тарасов Станислав
 Ханин Владимир (Зеэв)
 Ходасевич Антон
 Цинкер Александр
 Чарквиани Нестан
Все авторы  
E-mail:
info@elections-ices.org
Дирекция ICES: Klumpkestraat 15
6241 JC Bunde
Netherlands
Тел.: +31-64-627-6282

Филиал в Израиле:
P.O.B. 20596
Tel-Aviv 61202, Israel
Tel.: +972-5243-31525
Fax: +972-3505-5335

Представительство в США:
10015 Lake Creek Pkwy,
Unit 1221, Austin, TX,
78729 USA
Теl.: +1-512-709-3992

Грузинский путь  |  Молдавский выбор  |  Новая Россия  |  Панорама Армении  |  Политкухня Израиля  |  Правда Беларуси  |  Сирийский узел  |  США - Россия  |  Украина Today  |  Центральная Азия  |  Южный Кавказ
"The National Interest", США
07 October 2016 | Джеральд Хайман
Чего хочет Путин?

Каким бы целебным и соблазнительным, особенно в период предвыборной кампании и непосредственного участия России в сирийском кошмаре, ни казалось объяснимое стремление открыто выступить против России президента Владимира Путина и изолировать ее, это нельзя назвать разумной стратегией. Несмотря на множество разногласий и провал обреченных на неудачу попыток президента Барака Обамы и госсекретаря Хиллари Клинтон перезагрузить отношения с Россией после ухода в отставку администрации Джорджа Буша-младшего, следующему президенту стоит следовать двоякой стратегии, призванной, с одной стороны, бросить вызов Путину там, где этого требуют национальные интересы США, с другой — найти области сотрудничества, в которых интересы этих двух стран совпадают. США должны вести политику конфронтации, где это необходимо, и политику реализации общих интересов без иллюзий, где это возможно.

Разумнее всего было бы начать с признания суждений, интересов и личных особенностей Путина, поскольку сейчас он является единственным разработчиком политики России. В лучшем случае относящийся с глубоким подозрением, а в худшем — испытывающий обиду и враждебно настроенный по отношению к США, Путин не станет упускать возможности для провокаций или даже актов агрессии. Он винит Запад в целом и США в частности в распаде Советского Союза и в тех унижениях, которые пришлось пережить России. Расширение НАТО и Евросоюза на восток, вглубь Центральной Европы и Прибалтику, до самых границ непосредственных соседей России, с его точки зрения, является угрозой национальной безопасности его страны и психологической атакой, унижением и оскорблением России в момент ее слабости. Он считает, что США, в частности тогдашний госсекретарь США Хиллари Клинтон, несут ответственность за разжигание недовольства внутри России и за организацию массовых акций протеста против фальсификации результатов выборов в Государственную Думу 2011 года и президентских выборов 2012 года, после которых началось масштабное наступление на российские НПО, СМИ и критиков режима. Еще до падения Берлинской стены Путин пять лет проработал в Дрездене в качестве сотрудника КГБ, задача которого заключалась в обнаружении и использовании слабых мест представителей западной политической элиты. Он испытывает негативные чувства по отношению к США и (в меньшей степени) к Европе, несмотря на то, что не так давно он стремился сблизиться с ними.

Сейчас он преследует две ключевые цели. Во-первых, он стремится вернуть России ее влияние на международной арене, снова сделать Россию великой, вернуть принадлежащий ей по праву статус державы, которую уважают или, по крайней мере, боятся. Во-вторых, он хочет сохранить в своих руках власть внутри России: сначала он делал это при помощи своих соратников из Санкт-Петербурга, а теперь при помощи полностью зависимых от него и потому послушных аппаратчиков из силовых структур.

Именно отсюда необходимо начинать планирование политики США. Вторжение российских войск в Абхазию и Южную Осетию с целью отобрать часть территорий независимой и стремящейся вступить в НАТО Грузии, а затем аннексия Крымского полуострова при помощи российских военных, базирующихся в Севастополе, и гибридная война, которую поддерживают и ходом которой, вероятно, руководят российские военные в Донбассе, стали самыми очевидными актами установления власти России над на первый взгляд утраченным «ближним зарубежьем». Его периодические рассуждения об «ответственности» Москвы за судьбы этнических русских в этих странах касаются непосредственно Латвии, Эстонии и среднеазиатских республик, в первую очередь Казахстана (четверть населения которого — это этнические русские). Между тем, угрозы выслать на родину иностранных рабочих из Средней Азии подвергают опасности экономики этих стран и их социальную стабильность.

За пределами границ бывшего Советского Союза поведение Путина носит более случайный и оппортунистический характер. Его поддержка режима Башара аль-Асада, к примеру, отчасти объясняется его стремлением сохранить за Россией право пользоваться военно-морской базой в Тартусе, однако в первую очередь направлена на то, чтобы продемонстрировать США, что вмешательство в процесс смены режима неприемлемо и обойдется им очень дорого. Посмотрите, говорит он, на итог смены режима в Египте, Тунисе, Йемене и в Ливии. Сейчас ситуация в этих странах стала гораздо хуже, чем была до смены режима, и никакой демократии там нет. Россия и Китай, вероятнее всего, будут и дальше использовать свое право вето в Совбезе ООН, чтобы блокировать возможные военные вмешательства с гуманитарными целями в духе ливийской кампании, которые, по их мнению, всегда планируются США и их европейскими союзниками не для того, чтобы защитить невинных мирных граждан от непосредственного натиска войск Муаммара Каддафи, а для того, чтобы заменить его демократическим режимом. Отчасти сложности в переговорах и создании гуманитарного коридора для Алеппо являются результатом ливийского «предательства», хотя смещение Асада остается нескрываемой целью союзников. Путин не питает никаких теплых чувств к Асаду, но Асад является воплощением порядка и, с точки зрения Путина, более эффективным инструментом для борьбы против бунта исламистов, чем раздробленные и истощенные силы «умеренной оппозиции», которых поддерживает Запад — не говоря уже о навязывании демократических изменений обществу, где до сих пор сохранилась племенная структура. Более того, поддержка режима Асада вновь сделала Россию влиятельным игроком на Ближнем Востоке, поскольку пути урегулирования конфликта, очевидно, проходят через Москву, а не через Дамаск, и поскольку это позволяет Путину повышать свой авторитет в глазах Ирана, ведущего священную борьбу против США. Наконец, у нас есть свидетельства, указывающие на попытки России вмешаться в ход предвыборной кампании в США — с точки зрения Путина, это расплата за вмешательство Америки во внутренние дела России, прежде чем он выслал из страны USAID и другие продемократические организации, обезвредил сильные оппозиционные партии, независимые СМИ, правозащитные организации, блогеров и упразднил свободные выборы. Все это препятствует любым попыткам снизить напряженность в отношениях между США и Россией. Это является частью более масштабных, но при этом недостаточно хорошо спланированных попыток оспорить положение США и их интересы на международной арене. Путин будет хвататься за любую возможность при каждом удобном случае.

Но, в отличие от Сталина, Путина нельзя назвать ни нерациональным, ни страдающим манией величия — как на внутриполитической, так и на внешнеполитической арене. Путин — авторитарный лидер, но он (по крайней мере пока) не деспот. Наступая на интересы США, он, тем не менее, выражает готовность сотрудничать с Америкой и ее союзниками там, где это выгодно ему или национальным интересам России. К примеру, Россия сыграла весьма продуктивную роль в переговорах 5+1 по иранской ядерной программе. Она поддержала санкции Совбеза ООН против Северной Кореи, хотя на практике она нарушила некоторые условия. Резня в Сирии продолжается отчасти благодаря действиям российских военных, однако Путин помог вывезти из страны химическое оружие режима, хотя и не помешал Асаду применять его тактику сбрасывания баррельных бомб и обречения мирных граждан на голодную смерть. Российские самолеты присоединились к атакам сирийских правительственных войск против оппонентов Асада, и речь идет не только об ИГИЛ. Тем не менее, поддержка Россией варианта мирного урегулирования конфликта остается возможной, хотя и все более маловероятной, если она не получит гарантий для режима Асада и, скорее всего, отказа от поддержки оппозиционных группировок. Путин не раз демонстрировал, что он не собирается поддерживать Асада в долгосрочной перспективе, если удастся найти приемлемый вариант урегулирования конфликта. Кроме того, Путин предоставил поддержку теперь уже несуществующей Северной распределительной сети, по которой НАТО осуществляла транзит грузов войскам коалиции, сражавшейся против Талибана в Афганистане. Во всех этих случаях, если интересы двух стран хотя бы отчасти совпадали, Путин был готов сотрудничать даже с США.

Какой должна быть политика следующего президента?

В первую очередь, новая администрация должна четко понимать, что Путина лучше всего рассматривать как соперника, который презирает США, их союзников и их интересы, в особенности их демократические ценности, и одновременно пытается справиться с наследием постсоветских унижений России, вернув ей авторитет на международной арене. Его эго и самоуверенность являются удивительно уязвимыми для лидера, который стремится проецировать силу, несмотря на то, что демографическая и экономическая ситуация в его стране быстро ухудшается. В действительности тот факт, что он теряет свои ресурсы, может заставлять его с большей решимостью хвататься за то, что у него есть сейчас, и совершать непредсказуемые удары, подобно раненому медведю.

Поэтому нам не стоит надеяться на доброжелательность или доверие, а также на просчеты и ошибки. Путин будет интерпретировать каждый эпизод недопонимания как целенаправленную попытку удержать его и Россию в подчиненном положении. Во-вторых, он всегда будет ставить во главу угла экономические, политические интересы и интересы безопасности России. В этом он ни в коем случае не будет отличаться от других лидеров, хотя область совпадения интересов и количество связанных с ней возможностей для продуктивного сотрудничества будут весьма ограниченными. Нам не стоит ожидать безвозмездного сотрудничества, но сотрудничество, тем не менее, возможно, поэтому не стоит давать излишнюю волю цинизму. В-третьих, новой администрации стоит готовиться скорее к соперничеству, чем к сотрудничеству, то есть к игре, в которой может быть только один победитель. В-четвертых, Путин, вполне возможно, будет пытаться настроить западных союзников и партнеров против США и друг против друга, чтобы испортить их отношения друг с другом. Это будут очень сложные отношения, к которым США и их союзники должны подходить с реалистичных позиций, отказавшись от любых идеалистических суждений.

Это значит, что США придется постоянно помнить о своих интересах и интересах своих союзников и одновременно с этим с большой осторожностью проводить обдуманные линии, посылая четкие и решительные сигналы о том, что США намереваются защищать эти ключевые интересы. Но эти обдуманные линии и четкие сигналы должны быть реалистичными. Прежде чем заявлять о них, союзникам придется продумать, какую цену России придется заплатить в случае пересечения этих линий, а затем при возникновении необходимости заставить ее заплатить. Эти отношения будут слишком хрупкими для того, чтобы применять тактику блефа. Если попытаться это сделать, это приведет лишь к росту недопонимания и к увеличению вероятности того, что реальные интересы не будут поняты и не будут учтены — и даже непреднамеренная эскалация может вылиться в настоящую войну.

Линии НАТО должны быть особенно четкими: Прибалтика и Центральная Европа будут защищаться так же, как и традиционные территории этого альянса. Но какую часть Украины или Грузии Запад готов защищать — если он вообще готов их защищать — и какой ценой, и каким недвусмысленными сигналами все это будет сопровождаться? Какая роль будет отведена Турции, входящей в состав НАТО? Чего альянсу стоит ожидать от Турции, что он должен ей предложить и, если уж на то пошло, что он ей уже предложил? Какие ограничения должны быть наложены на «пограничные» государства НАТО в обмен на гарантии в соответствии со Статьей 5? Имеют ли они полную свободу действий в защите своего суверенитета — скажем, в защите своего воздушного пространства от вторжений российских самолетов, если удар по этим самолетам повлечет за собой необходимость вмешательства всего альянса? Что насчет двусмысленных ситуаций, таких как гибридные кампании? Что насчет Арктики? Что насчет хакерских атак и безопасности в киберпространстве? Что насчет морских и воздушных путей сообщения? В этих вопросах не должно быть места сменам настроения. Союзники должны быть твердыми, последовательными и дальновидными. Однако, в отличие от периода холодной войны, ставки сегодня хотя и высоки, но не экзистенциальны. Это будет противостояние двух держав, но на этот раз никто не будет навязывать сопернику иной образ жизни или теорию общества — не говоря уже об угрозе уничтожения.

Между тем, даже на фоне самого мрачного сценария западные союзники должны быть открыты к возможностям сотрудничества. Примеры взаимодействия в Иране, Афганистане и Сирии, хотя оно было ограниченным и неоднозначным, могут в той или иной степени повториться в других областях, хотя это сотрудничество будет скорее эпизодическим и краткосрочным, чем стратегическим. Более того, к России нужно относиться с уважением, как к мировой державе, независимо от уровня напряженности в отношениях. Сделать это будет сложно, но это не потребует от нас больших затрат, хотя это несомненно разочарует угнетенных и ослабленных диссидентов в России, хотя Запад продолжит поддерживать их иными путями.

Коротко говоря, политики администрации США должна заключаться в жестком следовании ключевым интересам, открытости перед возможностями для сотрудничества и отсутствии каких-либо иллюзий. Нашим соперником является вторая по военной силе держава в мире, чью политику диктует всего один человек — гораздо более угрюмый, замкнутый, злопамятный, эксцентричный и озлобленный, чем ему следовало бы быть.
источник: ИноСМИ.Ru
 назад    наверх
принт версия
Другие материалы по теме: Новая Россия
  • Не стоит смотреть на Россию глазами разочарованного представителя Запада - 20.08.2019, ИноСМИ.Ru
  • Акция за свободные выборы в Москве: сотни задержанных - 27.07.2019, NEWSru.co.il
  • Глава ЦИК Памфилова встретилась с независимыми кандидатами в Мосгордуму - 23.07.2019, Deutsche Welle
  • Россия поставила точку в вопросе передачи Курил - 14.07.2019, Lenta.ru
  • Почему Путин ненавидит либерализм - 03.07.2019, InoPressa.ru

  • Другие материалы по теме: США - Россия
  • Трамп запланировал переговоры с Путиным - 14.05.2019, BBC Russian
  • Хотите нанести Путину болезненный удар? Тогда цельтесь в его друзей - 04.09.2018, ИноСМИ.Ru
  • Санкционный сговор Великобритании и США против России - 11.08.2018, ИноСМИ.Ru
  • Предвыборный саммит - 20.07.2018, Известия
  • Трамп: Путин верит в Израиль - 17.07.2018, NEWSru.co.il

  • Другие материалы по региону: Америка
  • США: Кто лидирует в предвыборной гонке демократов? - 09.09.2019, ИноСМИ.Ru
  • В Гватемале прошел второй тур президентских выборов - 12.08.2019, 112.ua
  • Трамп запланировал переговоры с Путиным - 14.05.2019, BBC Russian
  • Киев подозревают в сговоре с Хиллари Клинтон - 04.05.2019, Независимая газета
  • США: Байден вступил в президентскую гонку - 25.04.2019, Русская служба "Голоса Америки"

  • 09.09 | "The Economist", США
    США: Кто лидирует в предвыборной гонке демократов?
    09.02 | "The American Conservative", США
    Трамп нашел формулу победы над демократами в 2020 году
    06.01 | "CNN", США
    День, который совершенно изменит президентство Дональда Трампа
    04.09 | "The Hill", США
    Хотите нанести Путину болезненный удар? Тогда цельтесь в его друзей
    31.03 | "The Washington Post", США
    Игра Трампа с Россией в «злого и доброго полицейского» кажется несостоятельной
    28.01 | "The National Interest", США
    Почему война с Россией станет ядерной
    14.08 | "The New York Times", США
    Как правильно вести себя с Россией
    07.07 | "Iton.TV", Израиль
    Израильтяне утверждают: Путин и Трамп два величайших политика современности (Видео)
    29.05 | "Aftenposten", Норвегия
    Трамп оскорбил лидеров Европы
    17.04 | "Асахи симбун", Япония
    Трамп меняет заявления, мир расшатывается
    29.01 | "Iton-TV", Израиль
    Трамп сказал, Трамп сделал (Видео)
    03.01 | "Voice of America", США
    Республиканский президент и республиканский Конгресс: сохранится ли единство?
    26.12 | "The National Interest", США
    А если Россия начнет крупное вторжение на Украину
    24.10 | "Bloomberg", США
    Украина и Сирия — заложницы выборов в США
    07.10 | "The National Interest", США
    Чего хочет Путин?
    26.09 | "Foreign Policy", США
    От перезагрузки к Realpolitik: новый жесткий курс Клинтон
    09.09 | "The Guardian", Великобритания
    Россию понимает лишь Обама
    31.08 | "InoPressa", Россия
    Сторонники Клинтон опасаются "октябрьского сюрприза" от Путина
    22.05 | "Aftenposten", Норвегия
    Лидеры республиканцев вдруг полюбили Трампа
    23.08 | "Bloomberg", США
    США советовали Украине отступить перед натиском Путина
    Все материалы
    © 2005-2010 Экспертный Центр ICES | All rights reserved
    При полном или частичном использовании материалов, ссылка на e-ices.org обязательна.
    Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции.
    Developed by Robertson
    generation: 0.132