english russian
24.06.2018 | Воскресенье | 13:48 GMT+2
Все темы  
 
пн вт ср чт пт сб вс
1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30
 
 Андриевский Виталий
 Бурнос Тарас
 Власов Алексей
 Выдрин Дмитрий
 Горин Михаил
 Ивженко Татьяна
 Искандарян Александр
 Кулик Виталий
 Маркедонов Сергей
 Месамед Владимир
 Панфилова Виктория
 Петросян Давид
 Погребинский Михаил
 Портников Виталий
 Расов Сергей
 Родин Иван
 Савицкий Александр
 Самарина Александра
 Светлова Ксения
 Становая Татьяна
 Тарасов Станислав
 Ханин Владимир (Зеэв)
 Ходасевич Антон
 Цинкер Александр
 Чарквиани Нестан
Все авторы  
E-mail:
info@elections-ices.org
Дирекция ICES: Klumpkestraat 15
6241 JC Bunde
Netherlands
Тел.: +31-64-627-6282

Филиал в Израиле:
P.O.B. 20596
Tel-Aviv 61202, Israel
Tel.: +972-5243-31525
Fax: +972-3505-5335

Представительство в США:
10015 Lake Creek Pkwy,
Unit 1221, Austin, TX,
78729 USA
Теl.: +1-512-709-3992

Грузинский путь  |  Молдавский выбор  |  Новая Россия  |  Панорама Армении  |  Политкухня Израиля  |  Правда Беларуси  |  Сирийский узел  |  США - Россия  |  Украина Today  |  Центральная Азия  |  Южный Кавказ
Россия и Армения: после сочинского рубежа
18 May 2018 | Сергей Маркедонов

Если бы встреча президента России с премьер-министром Армении на полях сочинского саммита ЕАЭС проходила бы в «штатном режиме», то, скорее всего, не привлекла бы к себе особого внимания. Такие контакты – неотъемлемый элемент рутинной работы по налаживанию интеграционных связей. В них трудно узреть какой-то прорыв, радикально меняющий внешнеполитические расклады на постсоветском пространстве. Как правило, в этом формате оттачиваются нюансы и проясняются детали, интересные, по большей части, узкому кругу экспертов и политиков.

Но майская встреча Владимира Путина и Никола Пашиняна в «летней столице» России со всей очевидностью не вписывалась в обычный дипломатический формат. Буквально за шесть дней до нее в Армении появился новый премьер-министр, а правительство было сформировано как будто бы специально к началу работы сочинского саммита. Впрочем, ключевой вопрос здесь не появление новых лиц на армянском политическом Олимпе, а то, как они там появились. Избранию нового премьера в парламенте (это произошло со второй попытки!) предшествовали массовые уличные акции, в которых именно он стал символом армянского национального протеста. Символично, что Серж Саргсян, находившийся во главе Армении в течение десяти лет, уходя в отставку, заявил: «Никол Пашинян был прав, я был не прав». Де-факто даже помимо своей воли и под давлением улицы прежний лидер легитимировал своего оппонента в качестве будущего лидера страны. А как иначе трактовать слова Саргсяна, публично признавшего свою неправоту и, напротив правоту Пашиняна?

Постсоветские протесты: аналогии условны

В России к массовым протестным акциям в постсоветских странах, заканчивающихся сменой власти, относятся крайне настороженно. С ними связывают вмешательство США и союзников Вашингтона во внутренние дела республик бывшего СССР с целью их внешнеполитической «перенастройки» не в пользу Москвы. В качестве наиболее веских доказательств обычно приводятся Грузия, Украина и Молдова. В Грузии после «революции роз» во времена президентства Михаила Саакашвили произошла «пятидневная война», дипотношения между Тбилиси и Москвой были разорваны, а признание абхазской и югоосетинской независимости Кремлем не просто укрепили, а «цементировали» прозападный вектор грузинской внешней политики. В Молдове после массовых акций 2009 года Компартия уступила лидирующие позиции проевропейской коалиции, настроенной на активное сближение с Брюсселем и минимизацию российского влияния, в особенности же военного и миротворческого присутствия в Приднестровье. Но, пожалуй, самым ярким примером в этом ряду представляется Украина. После «второго майдана» была сделана ставка на решительный разрыв с Россией, в результате чего возник не просто кризис в двусторонних отношениях между Москвой и Киевом, но и самая масштабная конфронтация в Европе после завершения холодной войны.

Во многом схожую модель эксперты и в России, и на Западе пытались применить и по отношению к армянскому кейсу. Логика проста. Если массовые акции направлены против Сержа Саргсяна и Республиканской партии, которые активно поддерживали сближение с Россией и евразийские интеграционные проекты, то в случае победы лидеров протеста внешняя политика будет изменена, а США и Евросоюз станут маяками для «обновленной Армении». Однако кажущаяся удобность аналогий в ситуации с Пашиняном не помогает понять и уяснить особенности армянской политики. В особенности же тогда, когда сравнительный метод используется выборочно, почти исключительно для рассмотрения «цветных революций» 2000- х годов. Когда мы справедливо указываем на укрепление натовского влияния в Грузии при Саакашвили и на Украине при Порошенко, то нередко упускаем, что все это возникло не в стихии тбилисской или киевской улицы. Грузинский эксперт Гия Нодия прав, когда говорит о том, что «современная Грузия выросла из борьбы за независимость, где оппонентом выступала и до сих пор выступает Россия». Заметим, выступала еще в апреле 1989 года, когда массовые акции в тогдашней столице Грузинской ССР потрясли основы единого союзного государства. Можно говорить о том, что грузинское массовое сознание упрощает ситуацию, когда связывает утрату Абхазии и Южной Осетии почти исключительно с политикой Кремля. К слову сказать, такая политика была в разные годы различной (последние санкции РФ против Абхазии были сняты только в апреле 2008 года!). Но такое восприятие – реально существующий факт. Если даже выдающийся философ с европейским именем Мераб Мамардашвили (1930-1990), резко критиковавший грузинских националистов, констатировал: «…Слово “Абхазия” является синонимом слова “Грузия”», то политики и общественные деятели могли быть еще менее политкорретными. И на этой исторической линейке «революция роз» не была никаким принципиальным открытием, она лишь укрепила и, благодаря особенностям личности Михаила Саакашвили, обострила, те тренды, которые существовали и ранее.

Вопреки получившему широкое хождение мифу о «братской стране», потерянной после истории с Крымом и Донбассом, Украина в течение всего постсоветского периода была одним из самых проблемных партнеров России. И здесь, что называется, от «энергетических войн», споров вокруг косы Тузла и статуса русского языка, раздела Черноморского флота и заканчивая созданием ГУАМ и поставками украинского вооружения в Грузию в канун «пятидневной войны». Книга «Украина - не Россия» была написана отнюдь не в 2013 году и отнюдь не выпускником Киево-Могилянской академии, своеобразной «кузницы майданов», а бывшим «крепким хозяйственником» советской поры Леонидом Кучмой, пришедшим во власть под внешне пророссийскими лозунгами. И секрет этого заключается в том, что самая крупная по территории бывшая республика СССР с 1991 года сделала своим фирменным знаком «бегство от Москвы», претендуя на роль альтернативного поля политической гравитации для других постсоветских стран. И отнюдь не событиями 2013 года это все началось.

Продолжая этот ряд, стоит также не забывать, что план Дмитрия Козака по урегулированию приднестровского конфликта на основе федерализации Молдовы в 2003 году был похоронен не « западниками-европеистами», а Компартией во главе с Владимиром Ворониным, обещавшим незадолго до этого вступление в Союз России и Беларуси. Сами же коммунисты для решения своих политических задач иной раз вступали в самые парадоксальные коалиции, в том числе и с «румынофилами». Просто потому, что независимость постсоветской Молдовы была зарифмована с «приднестровским сепаратизмом», и решение этого вопроса в пользу Кишинева было и остается пунктом консенсуса даже между «евразийцем» социалистом Игорем Додоном, олигархом Владимиром Плахотнюком и поборниками единства с Румынией.

В этом контексте снова оказывается к месту точная оценка Гии Нодия: «Новая Армения родилась из победы в Нагорном Карабахе; Россия была главной союзницей (пусть не всегда надежной), а противником – «турецкий мир». Защита результатов этой победы стала основным приоритетом армянского государства и остается таковым». Выдающийся русский дореволюционный историк Сергей Соловьев назвал в свое время географию «мачехой для России». Продолжая метафору классика отечественной историографии, можно сказать, что для постсоветской Армении география является не просто мачехой, а мачехой злой. Из четырех границ две (турецкая и азербайджанская) закрыты, а два других выхода во внешний мир - грузинский и иранский сопряжены с огромным количеством проблем. И если первый связан со сложным комплексом российско-грузинских отношений, то второй- с конфронтацией Ирана и Запада, а также ближневосточной турбулентностью в целом. Тот же противник Ирана Израиль – важнейший экономический партнер и поставщик оружия в Азербайджан, хотя ухудшающиеся израильско-турецкие отношения рождают в Армении надежду на то, что Еврейское государство после долгих колебаний и дискуссий, в конце концов признает геноцид армян в Османской империи.

Когда союзничество не роскошь

И в этом непростом контексте отношения с Россией - это не роскошь, не какой-то «духовно-цивилизационный выбор», а суровая необходимость. Возможно, многим гражданам Армении, особенно молодежи, сближение с ЕС и США, интересно и привлекательно. В адрес России в Ереване можно услышать немало критических интенций. И за одностороннюю поддержку властей, а также близких им олигархов, и за малое внимание к образовательным и инновационным проектам, и за чрезмерное увлечение советской ностальгией в ущерб будущему развитию, и за ксенофобскую риторику иных российских политиков и экспертов. Эта критика звучит в СМИ, студенческих аудиториях (даже Российско-Армянского университета), на конференциях и круглых столах. Вызывает также недовольство кооперация Москвы с Баку и Анкарой. В последнем случае нередко воскрешаются призраки прошлого (сговор Ленина и Ататюрка). Но в то же время есть понимание того, что Запад не готов предложить Армении некий проект аналогичный тому, что он предлагает Грузии или Украине. Турция – член НАТО и важнейший партнер США на «Большом Ближнем Востоке». При этом она также стратегический союзник Азербайджана, отказавшийся от нормализации отношений с Арменией без «увязки» этого вопроса с «прогрессом» по Карабаху, читай с уступками Еревана. Ни США, ни ЕС при этом не готовы отказаться от энергетической кооперации с Баку, а по мере ухудшения отношений с Ираном, светский Азербайджан важен еще и как противовес «режиму мулл» и надежный партнер Израиля. И уж, конечно, ни Вашингтон, ни Брюссель не готовы разместить свои войска вместо 102-й базы в Гюмри, стать гарантами безопасности Армении и принять карабахские реальности в том виде, как это делает Москва. Конечно, «карабахская правда» Еревана и Кремля не тождественна. Но Россия не спешит ломать существующий статус-кво и ускорять мирное решение без учета армянских интересов, каковыми вполне могут пожертвовать другие, кто заявляет о «нетерпимости» затягивания переговоров и невозможности «вечного урегулирования». Опять же, никакого альтруизма. После утраты влияния на Грузию, «сдача» Армении при том, что Азербайджан в экономическом плане, как минимум, привязан к Западу и Турции, грозит Москве потерей позиций во всем Закавказье.

Во многом именно суровая необходимость подтолкнула известного «антисоветчика», лидера комитета «Карабах», Левона Тер-Петросяна (когда он возглавлял армянский Верховный Совет, то республика отказалась от участия в референдуме по сохранению «обновленного СССР») к стратегическому союзу с Москвой, как только он стал президентом независимой Армении. И в 2013 году лидер неудавшихся протестов, армянин американского происхождения Раффи Ованнисян, обещал, что в случае победы его первый зарубежный визит будет совершен в Россию. Другой представитель диаспоры Вардан Осканян, выпускник Тафтса и Гарварда (возглавлявший МИД республики в 1998-2008 гг.) уже во время апрельских протестов нынешнего года говорил о том, что не в традициях России вмешиваться в дела других государств, а потому митингующим в Ереване нечего опасаться враждебных действий Кремля.

И опытный дипломат оказался прав. Официальная Москва, что называется, «выдержала паузу». Шли закулисные переговоры, ситуацию качественно мониторили, но общий пафос был таков: протесты Пашиняна, отставка Саргсяна - внутреннее дело Армении. В целом же армянской власти и оппозиции, буквально балансируя на грани удалось удержать ситуацию в конституционных рамках, о необходимости чего говорил Владимир Путин. Пашинян был избран премьером по Конституции, написанной еще Саргсяном, в его кабинете наряду с министрами, не достигшими тридцатилетия, есть профессиональные дипломаты и силовики, финансисты и «крепкие хозяйственники», представляющие не только фракцию «Елк», но также дашнаков и блок Гагика Царукяна. Что вынудило Москву к таким «тонким настройкам»? Во-первых, опыт Абхазии и Южной Осетии, где власти менялись под давлением народных выступлений, но это не влияло на внешнеполитический выбор этих республик. Определенные уроки были извлечены. Во-вторых, понимание ограниченности маневра для Еревана. Да, в случае резкого ухудшения отношений, Москва теряла бы многое, но для Армении такой сценарий таил в себе еще большие риски. От географии еще никому не удавалось сбежать, особенно небольшим странам. Выдержанное поведение Москвы значительно облегчило Пашиняну общение с Путиным и другими евразийскими «грандами» (здесь особенно следует подчеркнуть благоприятное отношение к новому премьеру со стороны президента Белоруссии Александра Лукашенко). Но это не причина, а скорее повод для того, чтобы Пашинян выразил свое восторженное отношение к празднованию Дня победы, российской военной мощи и заявил о необходимости придания импульсов двусторонним связям.

Демократия и национализм: кавказская диалектика

Причины намного глубже, они носят системный характер и связаны со становлением постсоветской Армении, как независимого национального государства. Известный британский кавказовед Томас де Ваал, говоря о традициях армянского протеста, указывает на их противоречивую диалектику, сочетание национализма и демократии. Но эти явления в кавказском контексте не противоречат друг другу. Те, кто выходил и выходит на сухумские улицы, протестуя против Александра Анкваба и Рауля Хаджимбы, несомненно, хотят большей доступности и открытости власти. Но этот их выбор не означает никоим образом их готовности принять грузинский национальный проект, и напротив, те, кто в Тбилиси участвовал в «революции роз», протестовал против Саакашвили, а еще недавно требовал досрочных парламентских выборов, не готовы к серьезному диалогу с сепаратистами. Они считают их «марионетками» Кремля. Неслучайно многие оппоненты азербайджанской власти, включая и тех, кто оказался по ее вине, в тюремном заключении, не видят перспектив Карабаха вне юрисдикции Баку. И те, кто свергал Саргсяна, помимо всего прочего, видели в нем слабого политика, не способного защитить карабахских армян и обеспечить Еревану лучшие позиции на переговорном процессе. Сегодня на Кавказе демократия практически и означает национализм, то есть борьбу за строительство своей особой национально-государственной идентичности. Признана она или нет – другой вопрос. И в этом контексте совершенно прав Пашинян, когда утверждает, что будет не пророссийским или прозападным лидером, а проармянским. Как были и остаются прогрузинскими Саакашвили или Иванишвили. Просто каждая страна решает свои задачи, полагаясь больше на Россию, США или Евросоюз. И пока национальная идентичность, новая государственность не приобретут устойчивость и относительную стабильность, национализм будет ведущей целью в процессе демократизации.

От имеющихся сложностей в двусторонних отношениях России и Армении не уйти. Страны по-разному смотрят на военно-техническое и торгово-экономическое сотрудничество Москвы и Баку, Еревана и Тбилиси. Не говоря уже об отношениях Армении с Западом (а роль ЕС в армянской внешней торговле велика). И Пашинян не раз говорил о необходимости уважения «особого мнения» Еревана. Тем более, с его деятельностью на премьерском посту его сторонники связывают и укрепление национальных интересов страны, выстраивание равного диалога с Москвой и ее партнерами по ЕАЭС. Однако некий важный символический рубеж пройден. Оказалось, что и «журналист-бунтарь», поклонник социальных сетей может восторгаться парадом Победы в Москве, а опытные евразийские «зубры» - видеть в нем подающего надежды партнера.

источник: Polit.ru
 назад    наверх
принт версия
Другие материалы по теме: Панорама Армении
  • Временное правительство Армении: надолго ли? - 14.05.2018, Экспертный Центр ICES
  • Правительство Армении полностью сформировано - 12.05.2018, Sputnik-Armenia
  • Никол Пашинян избран премьер-министром Армении - 08.05.2018, Радио Свобода
  • Правящая партия Армении готова уйти в оппозицию - 07.05.2018, Sputnik-Armenia
  • Армения ждет перемен - 02.05.2018, Iton-TV

  • Другие материалы по региону: Евразия
  • Назарбаев уходит? - 22.06.2018, Вестник Кавказа
  • Тимошенко официально заявила, пойдет ли в президенты - 20.06.2018, Украинская правда
  • Грузия: по стопам Армении? - 15.06.2018, Iton-TV
  • Премьер Грузии подал в отставку - 13.06.2018, Sputnik-Georgia
  • Выборы мэра Москвы пройдут 9 сентября 2018 - 02.06.2018, Газета.ru

  • 22.06 | Виктория Панфилова
    Назарбаев уходит?
    03.06 | Владимир Месамед
    Али Лариджани вновь избран спикером иранского парламента
    18.05 | Сергей Маркедонов
    Россия и Армения: после сочинского рубежа
    27.04 | Юрий Рокс
    Армянская революция продолжается
    18.04 | Александр Цинкер
    Идти на явную конфронтацию и расширять конфликт ни руководство США, ни российские власти не станут
    13.03 | Кирилл Коктыш
    Первый день Помпео
    05.03 | Инес Поль
    "Большая коалиция" должна начать действовать
    25.01 | Татьяна Ивженко
    Запад уже готовит Украину к выборам 2019 года
    19.01 | Александр Крылов
    Действия и воздействия
    18.01 | Барух Бен-Нерия
    Израиль - Армения: 25 лет дипломатических отношений
    12.01 | Александр Цинкер
    Военно-промышленный комплекс Израиля: Секреты успеха(формат PDF)
    20.12 | Владимир (Зеэв) Ханин
    Пророк в чужом отечестве? Израильтяне и «иерусалимская декларация» Дональда Трампа
    18.12 | Кирилл Коктыш
    Почему Киев отложил рассмотрения закона «О реинтеграции Донбасса»
    15.12 | Даниэль Фридман
    Между западом и востоком: почему Иерусалим не нужен мусульманам
    23.11 | Сергей Маркедонов
    «Большой геополитической сделки» между Москвой и Анкарой не будет
    Все публикации
    © 2005-2010 Экспертный Центр ICES | All rights reserved
    При полном или частичном использовании материалов, ссылка на e-ices.org обязательна.
    Мнения авторов могут не совпадать с позицией редакции.
    Developed by Robertson
    generation: 0.337